Genre: nefanfiction
Fandome: Lord Of The Rings
Pairing: Frodo/Sam
Re: Когда я писал этот фик, я чуть сам не капал соплями на клавиатуру, хоть кому-то он может вовсе не показаться столь трагичным и зацепляющим, но у аффтара было впечатление от книги, и он рыдал.. ровно до того момента, как допустил где то ближе к концу опечатку, которая против воли заставила заржать конем сползая под стол. Естественно опечатка удалена, кому интересен историческая подробность, спрашивайте ниже.
dust..
dust..
Ashes to ashes,
Dust to dust,
Love is a reason
To die with a lust
Dust to dust,
Love is a reason
To die with a lust
Спустя несколько месяцев после поселения за морем, Фродо совсем перестал покидать свой новый, маленький домик. Его жилище постепенно покрывалось пылью, и вместе с ним пыль устилала его душу, что отражалась в теперь уже тусклых голубовато-серых глазах.
Этой ночью он опять стонал во сне, умоляя Сэма не покидать его. Но мольбы были тщетны, и он снова проснулся с блестящими от слез глазами...
Теперь он сидел на полу в темноте маленькой комнатки, служившей поначалу чем-то вроде гостиной, и размышлял. Темой его размышлений в последнее время была любовь. Такая теплая и по своему светлая, немного с горечью, но сладкая, нежней чем легкий ветерок или касание тополиного пуха... Для него она стала холодной, темной крепостью, запершей его сознание, обрекшей на вечные муки, - а он-то знал, что его любовь будет вечной...
Но он не эгоист, нет. Он понимает, что Сэм не мог быть с ним, поэтому и не рассказывал ему ни о чем. Но если б кто-нибудь узнал о том, что сложней всего их путешествия, труднее всех усилий, приложенных в пути, тяжелее, чем Кольцо тянуло к земле... непереносимее всего этого Фродо далась улыбка на свадьбе Сэма. А за каждую слезинку, что скатилась по щекам толстого белобрысого хоббита за всю их историю, Фродо винил только себя... Но он не эгоист.. Он знает, что любовь - это когда можешь отпустить. И что она измерена не в поцелуях, не в объятьях, даже не в ласковых словах, а в горе, испытываемом при расставании, и радости, переполняющей сердце при встрече.
Такой была любовь Фродо. Он не хотел обнять Сэма, рассказать ему о том, как скучал, не хотел, тем более, поцеловать его - этого он никогда и не делал. Он просто страдал, не желая тешить себя эфемерными мечтаниями о встрече, что никогда не состоится...
Утреннее солнце красило белый потолок комнаты в золотисто-розовый цвет рассвета. Фродо сидел посреди комнаты. На полу валялись обрывки бумаги, одежда, одеяло и подушка, упавшие с дивана, и книги, раскрытые на непонятных страницах. Обычно аккуратный и привыкший к порядку, сейчас Фродо сидел на полу в одной рубашке, которую можно было бы назвать белой по крайней мере позавчера, растрепанная кудрявая челка отросла настолько, что каждую минуту ему приходилось убирать волосы с глаз. Его пустые глаза бегали по листкам, что он держал в руках.
"Доброе утро. Хотя как утро может быть добрым для неудачника? А ведь ты именно такой. Никому не нужный, бесполезный неудачник. Ты же ничего не можешь сделать. Посмотри на себя в зеркало - ты выглядишь так, будто ты бездомный бродяга, не помнящий о том, что такое ясный взгляд и причесанные волосы. А что ты видишь в своем доме? Странно, что он у тебя есть. Грязная посуда на кухне - зачем мыть чашки, если не кого уже угощать чаем. Разбитые бокалы - с кем их тебе поднимать. Ведь у тебя уже нету друзей..."
Фродо перевернул листок, смахнув с глаз челку и заблестевшую на ресницах слезинку.
"...Что за бардак в твоей комнате? Заброшенный человек, живущий в заброшенном доме. Тебя ведь все бросили? Уже все? А когда ты последний раз заглядывал в спальню? Конечно, это не обязательно, если спишь на диване в гостиной - смешно называть так комнату, куда никогда не придут уже гости. Я же знаю, почему ты не входишь в спальню. Там стоит твоя постель. На ней холодные простыни, а ты боишься холода. Когда тебе холодно у тебя начинает болеть плечо, а пожалеть тебя некому, как некому согреть для тебя постель..."
Фродо положил листок на пол, уже глядя на новые строки.
"...Да кому ты вообще нужен..."
Прозрачная капля упала на листок, оставив мокрое пятнышко. Челка снова закрыла глаза. Если бы кто-нибудь заглянул в эти пустые и бесчувственные, но плачущие глаза, то обязательно бы испугался. Да, чувств и эмоций в них не было, но были слова. В них отражалась фраза, написанная на листке, и сквозь нее была видна другая, гораздо более страшная, чем сам его взгляд.
"Так умри же наконец!"
Руки его вздрагивают, и листки рассыпаются. Да и дочитывать их нет смысла - на всех остальных - всего одна фраза.
Фродо поднимается с пола. Голова немного кружится - он слишком долго сидел, не вставая. Он обводит комнату медленным взглядом. Ничего, что могло бы ему помочь. Пошатываясь и опираясь за стены и косяки дверей, он направляется в кухню. Должен же среди этого мусора и грязной посуды быть нож...
Кухонный нож - небольшой, но достаточно острый - нашелся на полу. Подняв его, Фродо вернулся в комнату и снова сел на пол. Он и не заметил, что к щекам намертво прилипли мокрые ленточки слез. Он привык плакать. Взгляд перестал блуждать, прицепившись к лезвию ножа. На ум пришла мысль - что, в принципе, уже стало странным - что можно было бы оставить предсмертную записку.
- А кто ее будет читать?
Фродо испугался собственного голоса. За последнее время разговаривать ему было не с кем, а привычки говорить с собой у него не наблюдалось, - поэтому его голос звучал хрипло, тихо и так грустно, что захотелось пожалеть его обладателя. Но этого он себе позволить не мог. Не за что его жалеть. Это обман.
Сжав нож в руке покрепче, чтобы не выпал в ответственный момент, Фродо прижал острие к шее, целясь им в сонную артерию. Взгляд, потеряв из виду приятный блеск металла, снова заметался по комнате.
"...Да кому ты вообще нужен..."
Зажмурившись - он никогда не отличался особой смелостью и не выносил вида крови - Фродо напряг руку, как мог, и одним движением всадил нож в шею.
Его глаза удивленно распахнулись. В них наконец появилось чувство, это было недоумение. Но это уже было не важно. Рот приоткрылся, и с губ потекла кровь - такая яркая на фоне бледной кожи - сперва тонкой ниточкой, а потом, заполняя весь рот, ручьем. Кровь капала на некогда белую рубашку, стекала на листки с жестокими, слишком жестокими словами, и на пол.
Его замершее удивление продлилось не более пары секунд. Теперь он упал на бок. Пальцы отпустили нож, так неестественно выглядевший торчавшим из шеи. По губам скользнула не то судорога, не то улыбка, ресницы вздрогнули в последний раз, но глаза остались открытыми...
В тот же момент далеко-далеко за морем, за сотни лиг отсюда Сэм, вскрикнув, проснулся, сев в постели. Он тяжело дышал. Ему приснился ужасный сон. Он даже представить себе не мог откуда у него в голове могла взяться жуткая мысль о самоубийстве Фродо. К тому же он никогда еще не видел таких реалистичных снов. Убирая с мокрого лба волосы, рука коснулась щеки. Сэм никогда еще не плакал во сне.
В тот же день, только тремя часами позже в дверь домика Фродо постучали. Но он не слышал этого стука. Странно, - подумал Гэндальф. - Обычно Фродо всегда вставал рано.
Гэндальф удивился, увидев неполитые цветы. Хоббит обычно заботился о своей клумбе - цветы напоминали ему о Сэме, его бывшем садовнике. В прошлый раз, когда волшебник заходил к Фродо, тот как раз поливал тюльпаны и ноготки, пестревшие под окном. А теперь цветы потемнели, а стекла в окнах были серыми от пыли.
Гэндальф толкнул легонько дверь, и та со скрипом отворилась. Он прошел в гостиную и, окинув взглядом бардак, закрыл глаза рукой. Из-под пальцев скатились две слезинки, слабо мерцавшие в полумраке гостиной, подсвеченной мутным пыльным светом.
На полу, среди разного хлама, устеленного, словно снегом, исписанными листками, в луже крови лежал маленький хоббит. Кровь на ноже начала уже подсыхать, но щеки почему-то все еще хранили влажные дорожки слез.
Гэндальф поднял листок, лежавший ближе всего к его ногам. Почерк точно принадлежал Фродо, но буквы были немного неровные, будто рука у него дрожала.
"...Да кому ты вообще нужен..."